Михаил Чаплыга. НЕ олигархи и их журналисты

 
 
 
Михаил Чаплыга

Президент пригласил на шашлык избранных журналистов. Это событие вызвало разную реакцию: насмешки, возмущение, зависть – но однозначно все задались одним вопросом: «зачем ему это было нужно?».

Случилось следующее. Сперва Зеленский объявляет войну олигархам, после этого один олигарх откровенно ему смеется в лицо, второй называет себя инвестором, третий вообще под крышей США, а четвертый перед этим нагло на глазах у всей изумленной публики покупает «Украинскую правду». После этого всего случаются шашлыки, где мы наблюдаем пятеро человек от «совсем не олигарха» (но инвестора одного телеканала, который давно в поле зрения Зеленского), одного от проданной «Правды» Фиале и еще пару человек от товарища, который под крышей США.

Собственно говоря, после этого тему борьбы с олигархами можно закрыть, поскольку совершенно очевидно становится, что эти шашлыки со всей прозрачностью показали, что все эти игры в борьбу с олигархами символизируют на самом деле отжатие у Порошенко его СМИ. Просто под предлогом чего угодно, по беспределу, как это было с Медведчуком. Трагедия этих шашлыков даже не в том, что сперва президент на пресс-конференции публично плюет в лицо журналистам, а после этого они у него на разливе, а в том, что этими шашлыками он дезавуировал всю свою борьбу с олигархами, показал, что главной целью является отжатие по беспределу канала Порошенко. Все, точка.

А гнев журналистского сообщества очень похож на эффект Фейсбука. То есть когда каждый закрывается в своем мыльном пузыре и не видит никаких других. И каждый живет в своей вселенной. То есть у каждого олигарха, простите, не олигарха, а инвестора, свой пул журналистов. И собственно говоря, они внутри этих пулов тусуются и друг друга поддерживают. Но вне своего пула, соответственно, это уже чужой феодал. Соответственно, подданные чужого феодала — это враги. А враг моего феодала — мой враг, приблизительно так.

У нас нет и журналистского слова. Есть слово собственника, который не всегда является конечным бенефициаром. То есть дело в том, что им может быть кто угодно, а реально влиять на новостную политику будут неизвестные нам люди. В США точно так же. СNN поддерживают одних, BBC и FOX других, причем очень открыто. Но в тех же США журналисты, они все-таки понимают, что всякое СМИ предвзято в ту или иную сторону, но при этом журналисты воспринимают себя, как госслужащих. Политиков меняют, а у госслужащих всегда свой профсоюз.

А у нас еще до этого далеко, поскольку у нас нет государственной системы, поэтому нет разделения на политиков и госслужащих. У нас пытались это сделать, не вышло. Точно так же у нас касается любой другой сферы, в том числе и медийной: до сих пор журналисты ассоциируют себя с владельцем канала. Точно так же, как адвокат не должен ассоциировать с себя подзащитным, точно так же журналист не должен ассоциировать себя с владельцем СМИ. Если это произойдет, тогда действительно будет какая-то журналистская общность.

Скорей всего такие шашлыки повторятся. Всё это показало, что у нас есть политический апартеид. Он заключается в том, что две нации живут отдельно, только не по этническому признаку. У нас есть те 10%, которые живут в своем мире — это политики, СМИ, журналисты, олигархи, бизнесмены, и 90% других. То есть это две разные нации, две разные страны. Соответственно, эти 10% чувствуют свою безнаказанность и будут делать все что угодно. И даже комментарий того же Гордона по поводу критики, которая прошла, четко иллюстрирует, что им даже иногда нравится унижать эти 90%, демонстрируя свою силу и бессилие других.

У нас ничего не меняется. Два Майдана, смена политиков, побеги политиков, но журналисты одни и те же постоянно при любой власти. Потому что есть три ключевых постулата, которые действуют в медиакоммуникациях. Первый постулат звучит так: хороший вентилятор в любом доме нужен. Постулат второй: какашек много не бывает. Постулат третий: уборка помещения за счет заказчика. Собственно говоря, базируясь на этих трех постулатах, можно понять, что происходит.

Читайте также